Внутренние объекты

По сути термин «внутренний объект» обозначает сформировавшийся у ребенка психический и эмоциональный образ другого человека (в терминологии Кляйн — «внешнего объекта»), ставший частью его внутреннего мира. Характер внутреннего объекта окрашен спроецированными в него свойствами личности субъекта. На протяжении всей жизни между миром интернализованных фигур и объектов и миром реальным (тоже, разумеется, представленным в психике) продолжается сложное взаимодействие, которое складывается из повторяющихся циклов проекции и интроекции. Самые важные внутренние объекты — производные от родителей, в особенности — матери или ее груди, в которую младенец проецирует свою любовь (влечение к жизни) или ненависть (влечение к смерти). Как принято считать, младенец воспринимает эти объекты, ставшие частью его внутреннего мира, так, будто они физически находятся в его теле, доставляя ему удовольствие (грудь как хороший внутренний частичный объект) или причиняя страдание (грудь как плохой внутренний частичный объект). Представление младенца о мотивации этих внутренних объектов частично основано на правильном восприятии внешних объектов, частично — на желаниях и чувствах, которые младенец сам в них спроецировал: злобном желании причинить боль в случае плохого объекта и великодушном желании доставить удовольствие — в случае хорошего объекта.

Внутренние объекты в восприятии младенца связаны между собой. Младенец может ассимилировать их и идентифицироваться с ними, а может воспринимать их как отдельные, но существующие у него внутри. Согласно теории Кляйн, состояние внутреннего объекта имеет ключевое значение для развития и психического здоровья человека. В первую очередь, именно от интроекции стабильного хорошего объекта и идентификации с ним зависит способность эго связно воспринимать и интегрировать опыт. Поврежденные или мертвые внутренние объекты вызывают огромную тревогу и могут стать причиной дезинтеграции личности, в то время как объекты, чье состояние младенец ощущает как хорошее, способствуют его благополучию и уверенности в себе.

Внутренние объекты существуют на нескольких уровнях. Они могут быть более или менее бессознательными и в разной степени примитивными. Младенец воспринимает внутренние объекты конкретно — так, будто они находятся в его теле и психике; у взрослого же человека они образуют примитивный уровень психики, усиливая и эмоционально окрашивая позднейшие его восприятия, чувства и мысли. Внутренние объекты человека становятся доступны ему, получая выражение в сновидении, фантазии и языке.

Внутренние объекты описывают и метапсихологически, и феноменологически, что иногда приводит к концептуальной путанице. В метапсихологическом смысле, первые внутренние объекты создаются отчасти влечением к жизни и влечением к смерти, могут оказывать воздействие на структуру эго и составляют основу суперэго. В феноменологическом смысле, они представляют собой содержание фантазии — которая, однако, имеет действенную силу.

Концепция внутренних объектов неразрывно связана с теорией Кляйн о влечении к жизни и влечении к смерти, ее идеями о бессознательной фантазии и ее теорией развития от параноидно-шизоидной к депрессивной позиции, в процессе которого в психической жизни совершается переход от взаимодействия с частичными объектами к восприятию цельного объекта. Следовательно, ни одно узкое определение не передает понятие внутреннего объекта.

Основные тексты

1910 Freud, S. ‘Leonardo da Vinci and a memory of his childhood’. The Standard Edition of the Complete Psychological Works of Sigmund Freud, Vol. 11. Hogarth Press (1958) [Фрейд З. Леонардо да Винчи: Воспоминание детства. — М.: Рудомино, 1991]. Фрейд пишет об идентификации Леонардо с матерью.

1914 Freud, S. ‘On narcissism: an introduction’. The Standard Edition of the Complete Psychological Works of Sigmund Freud, Vol. 14. Hogarth Press (1957) [Фрейд, З. К введению в нарциссизм (О нарциссизме) // Фрейд З. Очерки по психологии сексуальности, – М.; Пг.: Гос. Изд-во, 1923. Многократно переиздавалось] Личность избирает собственное эго объектом любви.

1917 Freud, S. ‘Mourning and melancholia’. The Standard Edition of the Complete Psychological Works of Sigmund Freud, Vol. 14. Hogarth Press (1957) [Фрейд, З. Печаль и меланхолия // Фрейд З. Основные психологические теории в психоанализе. Очерк истории психоанализа: Сборник. СПб., «Алетейя», 1998]. Эго идентифицируется с обвиняемым им и утраченным объектом.

1926 Klein, M. ‘The psychological principles of early analsysis’ [Кляйн, М. Психологические принципы раннего анализа // Кляйн М. Психоаналитические труды. Ижевск, 2007. Т. I]. Интроецированная мать повреждена садистическими импульсами ребенка.

1927 Klein, M. ‘Symposium on child analysis’ [Кляйн, М. Симпозиум по детскому анализу // Кляйн М. Психоаналитические труды. Ижевск, 2007. Т. I]. Проводится различие между первичным объектом и его образом («имаго»).

1929 Klein, M. ‘Personification in the play of children’ [Кляйн, М. Персонификация в игре детей // Кляйн М. Психоаналитические труды. Ижевск, 2007. Т. II]. Фаза психосексуального развития влияет на характер образа («имаго»). Описание чрезмерно хороших или чрезмерно плохих свойств имаго.

1932 Klein, M. The Psychoanalysis of Children [Кляйн, М. Кляйн М. Детский психоанализ. Институт Общегуманитарных Исследований, 2010]. Влечение к жизни и влечение к смерти влияют на характер интроецированного (частичного) объекта.

1935 Klein, M. ‘A contribution to the psychogenesis of manic-depressive states’ [Кляйн, М. Вклад в психогенез маниакально-депрессивных состояний // Кляйн М. Психоаналитические труды. Ижевск, 2007. Т. II]. Переход от отношений с частичным объектом к отношениям с цельным объектом порождает страх утраты хороших объектов и заботу об их сохранении. Углубляется понимание сложности взаимоотношений между внешним и внутренним объектом.

1940 Klein, M. ‘Mourning and its relation to manic-depressive states’ [Кляйн, М. Скорбь и ее связь с маниакально-депрессивными состояниями // Кляйн М. Психоаналитические труды. Ижевск, 2007. Т. II]. Мобилизация защит против утраты хорошего объекта. Скорбь подразумевает утрату как внутреннего, так и внешнего объекта.

1942 Heimann, P. ‘A contribution to the problem of sublimation and its relation to the process of internalization’, International Journal of Psychoanalysis. 23: 8-17 [Хайманн, П. К вопросу о сублимации и ее отношении к процессу интернализации]. Подробное разъяснение этого понятия, проиллюстрированное ярким клиническим материалом. Обсуждение процесса ассимиляции.

1946 Klein, M. ‘Notes on some schizoid mechanisms’ [Кляйн, М. Заметки о некоторых шизоидных механизмах // Кляйн М. Психоаналитические труды. Ижевск, 2009. Т. V]. Бинарное расщепление объектов, необходимое для успешного формирования хорошего объекта и имеющее ключевое значение для здорового развития. Различие между бинарным расщеплением и фрагментацией. 

1949 Heinmann, P. ‘Some notes on the psycho-analytic concept of introjected objects’, International Journal of Psychoanalysis. 22: 8-17 [Хайманн, П. Несколько заметок о психоаналитической концепции интроецированных объектов]. Хорошее изложение концепции; подчеркиваются связи с телесными ощущениями.

1957 Klein, M. ‘Envy and gratitude’ [Кляйн, М. Зависть и благодарность // Кляйн М. Психоаналитические труды. Ижевск, 2010. Т. VI]. Зависть приводит к интернализации деструктивного внутреннего объекта.

1958 Klein, M. ‘On the development of mental functioning’ [Кляйн, М. О развитии психического функционирования // Кляйн М. Психоаналитические труды. Ижевск, 2010. Т. VI]. Пересмотр теории и внесение модификации, согласно которой чрезвычайно плохие первичные внутренние объекты направляются в «глубокие слои бессознательного» и пребывают там в неизменном виде.

1952 Rosenfeld, H. ‘Notes on the psycho-analysis of the super-ego conflict of an acute schizophrenic patient’, International Journal of Psychoanalysis. 33: 111-131 [Розенфельд, Г. Заметки о психоанализе конфликта суперэго у пациента с острой шизофренией]. Мертвые или разрушенные внутренние объекты функционируют как «суперэго, расщепляющее эго».

1959 Bion, W. ‘Attacks on linking’, International Journal of Psychoanalysis. 40: 308-315; republished in Second Thoughts. Heinemann (1967); и в сборнике E. Spillius (ed.) Melanie Klein Today, Vol. 1. Routledge (1988) [Бион У.Р. Нападения на связь // Журнал практической психологии и психоанализа, 2008, №1 http://new.psyjournal.ru/psyjournal/articles/detail.php?ID=2635]. Внутренние объекты как «суперэго, деструктивное по отношению к эго».

1964 Rosenfeld, H. ‘On the psychopathology of narcissism: A clinical approach’, International Journal of Psychoanalysis. 45: 332-337 [Розенфельд, Г. О психопатологии нарциссизма: клинический подход // Психоаналитические концепции нарциссизма. Сборник научных трудов / Под ред. А.В.Литвинова, А.Н.Харитонова. – М.: Издательский проект «Русское психоаналитическое общество», 2009]. Исследование всемогущества, приобретенного через интроекцию и идентификацию.

1971 Rosenfeld, H. ‘A clinical approach to the psychoanalytic theory of life and death instincts: An investigation into the aggressive aspects of narcissism’, International Journal of Psychoanalysis. 52: 169-178 [Розенфельд Г. Клинический подход к психоаналитической теории инстинктов жизни и смерти: исследование агрессивных аспектов нарциссизма. М.: Журнал практической психологии и психоанализа. № 2, 2003]. Исследование всемогущества, приобретенного через интроекцию и идентификацию.

2004 Sodré, I. ‘Who’s who? Notes on pathological identifications’. E. Hargreaves and A. Varchevker (eds.). In pursuit of Psychic Change. Routledge [Содре, И. Кто есть кто? Заметки о патологических идентификациях]. Развитие темы всемогущей интроекции объекта.